Павел Амнуэль
«Расследования Бориса Берковича»


    Главная

    Об авторе

    Млечный Путь

    Блог

    Друзья

    Контакты

Рейтинг@Mail.ru


Глава 6


ПРОИСШЕСТВИЕ НА ПЛЯЖЕ

    
    
     – Я думаю, – сказала Наташа, – что свежий воздух нашему Арику не помешает.
     – Я тоже так думаю, – согласился Беркович. – Проблема лишь в том, что взять свежий воздух в Тель-Авиве.
     – На пляже, конечно! – воскликнула Наташа.
     – Ты уверена, что Арику полезно полуденное тель-авивское солнце?
     – Ни минуты под солнцем, – твердо заявила Наташа. – Арик будет спать под тентом, а мы с тобой по очереди искупаемся.
     – Завтра же, – сказал Беркович. – У меня как раз есть несколько дней отгула, я возьму один из них.
     На пляже напротив здания Мигдаль Опера яблоку негде было упасть. Берковичи с трудом нашли под большим тентом свободное место, и Арик принялся впервые в жизни вдыхать морской воздух. Наташа пошла купаться первой, а Беркович тем временем привычно наблюдал за купальщиками, спасателями и случайными прохожими.
     В море людей было едва ли не больше, чем на берегу, правда, почти все купальщики сгрудились на небольшом отрезке, отгороженном от остальной части акватории торчавшими из воды буйками.
     Беркович поправил малышу одеяльце и достал из сумки книгу – "Смерть Ахиллеса", детективный роман новомодного российского автора Бориса Акунина. В отличие от многих других произведений этого жанра, роман был хорошо написан, но вскоре вернулась Наташа, и Беркович с сожалением оставил чтение.
     Откуда-то издалека донесся чей-то вопль, и человек на спасательной вышке отчаянно замахал руками, указывая в сторону дикого пляжа, где купание было, вообще говоря, запрещено. Беркович вскочил на ноги. В море на расстоянии сотни метров от берега виднелась черная точка, то появлявшаяся в волнах, то исчезавшая.
     От пирса с ревом отвалил спасательный катер, люди уже бежали в сторону дикого пляжа, но там, конечно, не ждали, пока прибудет помощь – Беркович видел, как в волны бросился мужчина и поплыл к тонувшему. Не доплыв до цели метров тридцати, мужчина замедлил движение и неожиданно скрылся под водой. Похоже, что спасать теперь нужно было двоих – катер мчался, разрезая волны, но прошло еще несколько минут, прежде чем спасатели оказались там, где над волнами появлялась и исчезала чья-то голова. В воду полетел спасательный круг, и Беркович с облегчением увидел, как тонувшего перетащили на борт.
     Затем спасатели занялись вторым тонувшим, тем, кто бросился в воду, но не сумел доплыть до цели. Похоже, что ему повезло меньше – лодка делала круг за кругом, несколько спасателей ныряли под воду, но, судя по всему, безуспешно.
     – Я пойду туда, – с беспокойством сказал Беркович Наташе. – Кажется, там несчастье.
     – А без тебя не обойдутся? – недовольно отозвалась Наташа.
     Не ответив, Беркович направился в сторону дикого пляжа, где уже столпилось немало людей. Лодка подошла к берегу, и спасенная – это была девушка лет двадцати – самостоятельно сошла на песок и опустилась в подставленное кем-то легкое пляжное кресло.
     Со стороны набережной послышались звуки сирены, и на берегу появилась группа медиков с носилками. Беркович узнал Нахума Паркера, с которым не раз встречался на происшествиях, и решительно подошел ближе.
     – Борис, ты какими судьбами? – узнал Берковича медик.
     – Случайно, – пожал плечами Беркович.
     – Да уж, – хмыкнул Паркер. – Шел мимо в плавках...
     – Что-нибудь серьезное?
     – С девушкой – нет. Она даже воды почти не наглоталась. Неплохая пловчиха. А вот парень... Черт, неужели его еще не нашли?
     Похоже, что так и было. Прошло еще полчаса, прежде чем тело извлекли из воды и вытащили на берег. Паркер возился томительно долго и в конце концов устало вытер со лба пот.
     – Все, – сказал он. – Ничем не поможешь.
     И лишь тогда девушка, наблюдавшая за действиями медиков, пронзительно закричала и упала в обморок. Паркеру пришлось приводить ее в чувство, а Беркович тем временем взял на себя составление протокола, облегчая работу коллегам, которые наверняка уже были извещены и мчались сейчас к месту происшествия. Когда на пляже появился сержант Горелик, Беркович уже мог дать ему более или менее осмысленную информацию.
     Ронит Шифер, 19 лет, и ее приятель Алон Харель, 23 лет, приехали купаться на машине Хареля, которую оставили на платной стоянке. Ронит терпеть не могла толкучки, и потому молодые люди пошли на дикий пляж. Алон идти в море не торопился, и Ронит решила поплавать сама. Вот тогда ее и прихватила судорога. Она была хорошей пловчихой, но... Когда понимаешь, что тонешь, то охватывает такой ужас... В общем, в себя Ронит пришла лишь после того, как с ней повозился Паркер.
     – Алон бросился в воду, услышав крик, – продолжал рассказывать Беркович сержанту Горелику. – Похоже, что плавал он плохо. Я ведь все видел – правда, издалека. Он и половины расстояния не проплыл – ушел под воду.
     – М-да, – философски заметил Горелик, – это уже девятый случай в нынешнем году. Не понимаю, зачем люди лезут в воду там, где запрещено. Особенно, если плохо плавают.
     – О чем ты говоришь! – воскликнул Беркович. – Он же бросился спасать свою девушку!
     – Лучше бы позвал на помощь спасателей, – хмыкнул Горелик.
     – Хотел бы я посмотреть на тебя, если бы в море тонула твоя жена... Извини, я не хотел сказать ничего дурного.
     Распрощавшись с Гореликом, Беркович вернулся к Наташе, начавшей проявлять признаки беспокойства.
     – Я уж думала, что ты обнаружил там какого-нибудь преступника, – сказала она.
     – Нет, – покачал головой Беркович. – Если не является преступлением купание в неположенном месте.
     Супруги вернулись домой во второй половине дня – Наташа чувствовала себя посвежевшей, Арик замечательно выспался на свежем воздухе, а у Берковича почему-то болела голова. Приехав на следующее утро в управление, он позвонил сержанту Горелику и спросил, не знает ли тот, какими были отношения между спасенной Ронит и погибшим Алоном.
     – Они дружили, – ответил Горелик. – А какое это сейчас имеет значение?
     – Не знаю, – вздохнул Беркович, – но может иметь, если эти двое недавно поссорились.
     – Откуда ты знаешь, что они поссорились? – с подозрением спросил Горелик, всегда ревниво относившийся к любому вмешательству в дела, которые он вел лично. – Ты наводил справки?
     – Нет, – сказал Беркович. – Это всего лишь предположение.
     – Ну да, они поругались примерно неделю назад. Я не собирался копаться в их отношениях, зачем мне это? Но протокол нужно было составить по всей форме, пришлось кое о чем спросить родителей Алона. Обычные формальности, сам понимаешь...
     Это Беркович прекрасно понимал, сержант Горелик редко выходил за пределы обычных формальностей, но со стандартными вопросами справлялся замечательно.
     – Что еще говорят родители Алона об их отношениях? – осторожно спросил Беркович, стараясь даже интонацией голоса не обидеть коллегу.
     – Алон хотел жениться на Ронит, но она, похоже, нашла другого. Во всяком случае, в последнее время между ними пробежала черная кошка. Родители Алона были в шоке, когда узнали, что их сын погиб, спасая эту, как они выразились, негодяйку. Они говорят... Впрочем, оба вряд ли отвечают за свои слова, тут только эмоции и родительское горе...
     – Так что они говорят? – довольно бесцеремонно прервал сержанта Беркович.
     – Что... гм... Ронит вовсе не тонула, а только сделала вид, что тонет, а Алон сразу же бросился в воду. Плавал он плохо. По словам родителей – как топор. Кстати, Борис, ты не знаешь, как плавает топор?
     – Отвратительно, – буркнул Беркович. – Спасибо, ты мне очень помог.
     – В чем? – подозрительно осведомился Горелик, но ответа не получил – Беркович положил трубку.
     Подумав несколько минут, старший сержант вздохнул, вызвал дежурную машину и, спустившись к выходу, назвал водителю адрес Ронит Шифер. Он ожидал найти девушку в трауре – хотя бы показном, – но квартира содрогалась от звуков тяжелого рока, и Берковичу пришлось кричать, как на аэродроме, пока Ронит не соизволила выключить проигрыватель.
     – Вы дали Алону отставку неделю назад? – спросил старший сержант.
     – Почему вас это интересует? – вспыхнула девушка. – Разве это теперь важно?
     – Теперь, – Беркович подчеркнул слово, – важно именно это. Вы не хотели видеться с Алоном, а он вам звонил, угрожал, требовал свидания?
     – Почему вы спрашиваете? – в голосе Ронит появились нотки беспокойства. – Да, звонил, требовал, будто я ему была служанкой.
     – И вчера вы согласились с ним встретиться, – утверждающе сказал Беркович.
     – Почему бы не встретиться?
     – Чтобы погулять или чтобы выяснить отношения?
     – Послушайте, зачем вы меня мучаете? Думаете, мне приятно вспоминать вчерашний ужас?
     – Надеюсь, что неприятно, – вздохнул Беркович. – Но вы не ответили...
     – Мы крупно поговорили, – сухо сообщила Ронит.
     – И поехали купаться, – заключил старший сержант. – Логичное завершение крупного разговора.
     – Что вы хотите сказать? – пробормотала Ронит.
     – Ну, я могу себе представить: вы дали Алону от ворот поворот, а потом решили вместе отдохнуть на пляже. Наверняка эта идея пришла в голову не Алону, а вам.
     – Да, ну и что?
     – Вы не собирались купаться, когда отправлялись на встречу. Я ведь был вчера на пляже, и мне бросилось в глаза, что вы купались в майке и шортах – необычный костюм, верно? В чем приехали, в том и в воду бросились. Купальника с собой не было. Идея пришла вам в голову, когда Алон окончательно довел вас своими просьбами и угрозами. Вы как раз проезжали мимо пляжей и сказали: "Хочу искупаться". Я прав?
     Ронит молчала, не понимая еще, куда клонит полицейский.
     – Когда вам пришла в голову идея изобразить, будто вы тонете? – неожиданно спросил Беркович.
     – Я... Почему идея? – растерялась Ронит. – Я ничего не изображала!
     – Знаете, – доверительно понизил голос Беркович. – Мне довелось всякие крики слышать – когда люди просили о помощи, когда на них нападали, когда они попадали в экстремальные ситуации. И ваш крик я вчера слышал тоже. Так кричат не очень хорошие актеры в театре средней руки. Да, очень громко. Но... Вы наверняка не знаете Станиславского – был такой русский режиссер. В подобных случаях он говорил: "Не верю!"
     – Я не помню, как я кричала...
     – И воды вы совсем не наглотались, я ведь видел и это. Уверяю вас, только в той суматохе, что началась, когда искали Алона, спасатели могли не обратить на все это внимания.
     Ронит смотрела на Берковича, широко раскрыв глаза.
     – Но память у спасателей профессиональная, и они наверняка дадут свидетельские показания, – заключил Беркович. – Все говорит о том, что вы фактически утопили Алона Хареля.
     Ронит молчала.
     – Этим делом занимается мой коллега, – сказал Беркович, вставая. – Он посетит вас через некоторое время, и я не советую вам удариться в бега...
     Выходя из дома, старший сержант раздумывал о том, как навести Горелика на правильный след, не ущемив при этом его гипертрофированного самолюбия.
     "Ничего, перетерпит", – решил он в конце концов.
    
    
Следующая глава


онлайн видео