Павел Амнуэль
«Расследования Бориса Берковича»


    Главная

    Об авторе

    Млечный Путь

    Блог

    Друзья

    Контакты

Рейтинг@Mail.ru



Глава 16


СМЕРТЬ НАРКОТОРГОВЦА

    
    
     Эли Банай родился в Тель-Авиве, провел здесь всю жизнь и смерть нашел тоже на одной из тель-авивских улиц – произошла очередная разборка, Банай схватился за оружие, противник оказался более проворным. Результат – дырка во лбу, летальный исход. Свидетелей нет, хотя поблизости находилось по меньшей мере человек двадцать. Все, однако, утверждали, что ничего не видели, потому что стояли спиной к месту трагедии. Сказать, что никто ничего и не слышал, было затруднительно: звук выстрела в час ночи разбудил весь квартал.
     Дело поступило к инспектору Берковичу после того, как в местном отделении полиции сделали все возможное, чтобы растерять улики и доказать, что убийство Эли Баная было, скорее всего, случайным инцидентом на почве излишнего употребления наркотиков. Беркович понимал, что дело ему подсунули практически безнадежное – в полиции каждый знал, что в Южном Тель-Авиве действуют две банды наркоторговцев, время от времени выясняющих друг с другом отношения с помощью подручных средств. Эли Баная застрелили на пороге ночного ресторана, прибывшая буквально через минуту полиция переписала имена всех, кого застала на месте преступления, но, как было сказано в протоколе, никто на самом деле ничего не видел. Беркович убедился в этом сам, допросив пятерых завсегдатаев ресторанчика, пользовавшегося издавна славой злачного и опасного места.
     – Сидел, ел шварму и пил колу, – сказал один.
     – Я из туалета возвращался и вообще в ту сторону не смотрел, – заявил второй.
     – Танцевал с девушкой, ничего вокруг не видел, – утверждал третий.
     И так далее.
     Хутиэли заглянул в кабинет Берковича, когда тот перечитывал протоколы допросов и пытался сформулировать хотя бы приблизительные выводы.
     – Дело – труба, – сказал Хутиэли. – В прошлом году при аналогичных обстоятельствах застрелили Осю Барского, убийцу не нашли.
     – Естественно, – мрачно согласился Беркович. – Я изучил личности свидетелей – они врали и будут врать, потому что все торгуют наркотиками. Каждый попадал по этому поводу в полицию, и каждого отпускали, потому что не было доказательств.
     – Я тебе больше скажу, – вздохнул Хутиэли. – Там две конкурирующие фирмы, у каждой своя сфера влияния, поэтому обычно обходится без стычек, но время от времени возникают трения, начинаются разборки, дело заканчивается поножовщиной или стрельбой. Выяснив отношения, ребята успокаиваются, и все идет, как прежде. До очередной потасовки. Все это давно известно, имена есть в компьютере...
     – Я вижу, – кивнул Беркович. – Поэтому и считаю: нужно найти хозяев и прикрыть обе лавочки сразу. А убийцу Баная только после этого и удастся найти – когда разворошишь оба осиных гнезда. Иными словами, идти не от частного к общему, а наоборот – об общего к частному.
     – Сложно выражаешься, – усмехнулся Хутиэли, – но в принципе верно. Проблема, однако, в том, что мелкую сошку сто раз ловили, сажали и отпускали, а до крупной рыбы так и не добрались, хотя работали опытные люди, не тебе чета, извини, конечно, за прямоту.
     – Да я согласен...
     – Знаешь, почему дело об убийстве Баная оказалось у тебя, а не в отделе по борьбе с наркотиками?
     – Это убийство, и значит, проходит по нашему ведомству.
     – Чепуха. Нет смысла расследовать убийства в этой среде вне связи с остальной информацией, которой в полной мере владеют только люди полковника Лаудера. Обычно они этими расследованиями и занимаются. А убийство Баная отдали тебе, поскольку понимают – пустое дело.
     – Понятно, – пробормотал Беркович.
     – Так что не бери в голову, – сказал Хутиэли, вставая. – Ищи, конечно, но не лезь в бутылку.
     – Понятно, – повторил Беркович уже после того, как за инспектором Хутиэли закрылась дверь.
     Весь день он провел, изучая старые дела, связанные с разборками между двумя конкурировавшими группами наркоторговцев. "Если не решается прямая задача, – думал он, – нужно решать обходную". Эту фразу Беркович вычитал однажды в газетной статье о какой-то новой изобретательской методике и взял на заметку. Прямая задача – поиск убийцы Баная – решению не поддавалась, это было ясно. Что в данном случае является обходной задачей? Нужно выяснить и устранить причину, приводящую к преступлению. Что является причиной? Торговля наркотиками, разумеется.
     – М-да, – сказал себе Беркович. – Вот причина, устранить которую невозможно. Если это и есть обходная задача, мне ее не решить.
     Что ж, будем обходить с другой стороны. У преступления была причина: конкуренция двух групп торговцев. Значит, если монополизировать торговлю этим проклятым зельем, то не будет выяснения отношений с помощью ножей и пистолетов, все окажется под единым контролем, а тогда, кстати, и полиции легче будет работать – искать один центр легче, чем два.
     Весь вечер Беркович обдумывал эту мысль, а Наташа смотрела на мужа с участием, понимая, что у него возникла проблема, в которую он не хочет ее посвящать. Утром инспектор отправился к коллегам из отдела по борьбе с наркотиками и обратился за консультацией к давнему своему знакомому, майору Бухгольцу, работавшему раньше в отделе по расследованию тяжких преступлений.
     – Богатая идея, – сказал Бухгольц, выслушав Берковича, – но невыполнимая. Это ведь рынок, такой же, как рынок бриллиантов или нефтяной. Там свои разборки, здесь свои, а суть одна.
     – Что известно о хозяевах? Кто стоит во главе кланов?
     – Кланы, скажешь тоже, – хмыкнул Бухгольц. – Здесь тебе не Америка. Но хозяева есть, конечно. Две группы, два хозяина. Одного зовут Моше Бар-Гиора.
     – Даже это известно? Так почему же?..
     – Почему его не сажаем? Нет доказательств. Почему даже Аль-Капоне удавалось привлечь к суду только за неуплату налогов? Нет против этих гадов ничего – одни слухи и оперативные донесения.
     – А второй?
     – О втором ничего не известно, – помрачнел Бухгольц. – Темная лошадка. У нас, конечно, есть осведомители, но ничего они узнать не могли.
     – Я могу ознакомиться с материалами?
     – Конечно. Я дам тебе пароль доступа к базе данных...
     Информация, обнаруженная Берковичем, оказалась обширной, увлекательной, как роман, и, похоже, бесполезной. Неделю спустя инспектор знал назубок, где обычно заключают оптовые сделки, где продается мелкий опт, где и как отдельные торговцы сбывают товар... Все эти явки неоднократно подвергались облавам, но уже день-другой спустя все возвращалось на круги своя. Подхода к проблеме Беркович не видел – да и что он мог сделать такого, чего до него не сделали более опытные специалисты?
     На восьмой день после начала расследования, отчаявшись отыскать хоть какую-то зацепку, Беркович сидел перед экраном компьютера, вновь и вновь просматривая отмеченные им страницы. Странная вещь бросилась ему в глаза. Статистика, конечно, а статистика не говорит о конкретных случаях, и на самом деле все может оказаться иначе... Но если все-таки сопоставить даты стычек с применением холодного и огнестрельного оружия с датами... Да, что-то в этом есть. Нужно попробовать.
     Беркович опять отправился к Бухгольцу и сказал после взаимных приветствий:
     – Вы не пробовали помирить две группы? Я понимаю, что это не дело полиции...
     – Пробовали, – ответил майор. – Ничего не вышло. Бар-Гиора официально владеет рестораном "Мексика"...
     – Я знаю, – кивнул Беркович.
     – Не сомневаюсь, что ты уже владеешь информацией... Вот мы и пытались организовать там встречу Бар-Гиоры и его конкурента. Обещали не устраивать облавы, не вести наблюдение... В общем, готовы были на все, лишь бы эти двое, кто бы они ни были, договорились, и в городе стало бы меньше убийств.
     – Но ни разу конкурент Бар-Гиоры на встречу не являлся, – сказал Беркович.
     – Ни разу, – подтвердил Бухгольц и с подозрением посмотрел на коллегу. – А почему ты сделал такой вывод?
     – Есть соображение, – неопределенно сказал Беркович. – И предложение тоже есть. Вы такие встречи пытались устроить, значит, можете попытаться еще раз, верно?
     – А зачем? – пожал плечами сержант. – Толку – нуль.
     – Я хотел бы поговорить с Бар-Гиорой.
     – Зачем? – повторил Бухгольц. – Пустое дело. Информации не получишь, а спугнуть можешь. У тебя нет опыта в таких делах.
     – Опыта нет, а идея есть. Послушай...
     Ресторан "Мексика" оказался не таким, каким его представлял Беркович в своем воображении. Светлый зал, тихая латиноамериканская музыка, вкусная еда, много посетителей вовсе не криминального вида. Моше Бар-Гиора тоже был под стать заведению – маленький, пухлый, улыбчивый, ну просто друг детей, этакий израильский Санта-Клаус.
     – Давно меня из полиции не посещали, – сказал он Берковичу. – За мной ведь ничего не числится. Так чему я обязан вашим визитом?
     – Я расследую убийство Эли Баная, – сказал Беркович.
     – Да? Но я об этом ничего не знаю.
     – Я не предлагаю вам пойти в свидетели. Моя задача – сделать, чтобы подобные стычки больше не возникали.
     – Но я-то чем могу вам помочь? – продолжал недоумевать Бар-Гиора.
     – Ничем, – сказал Беркович. – Я просто хочу вам кое-что показать и сделать кое-какие выводы. Вот смотрите...
     Он положил перед Бар-Гиорой листы с графиками, изложил свои соображения и заключил:
     – Интересно, правда? И если опять что-нибудь произойдет, я уже точно буду знать, в чем дело.
     – Любопытно, – протянул Бар-Гиора. – Я, правда, профан во всех этих делах, но жене расскажу, ей понравится.
     – Надеюсь, – сказал Беркович и распрощался.
     Час спустя он сидел в кабинете инспектора Хутиэли и делился своими впечатлениями от посещения "Мексики". При разговоре присутствовал майор Бухгольц.
     – Поняв, что прямо его не возьмешь, – говорил Беркович, – я начал изучать статистику. И вот что оказалось: существует прямая связь между ценами, скажем, на таблетку "экстази" и разборками с применением оружия. Вот график, именно его я показал Бар-Гиоре: как только цена падает ниже определенного уровня – он отмечен красной чертой, – происходит разборка, кого-нибудь режут или стреляют... И цена подскакивает. Я решил, что это не может быть случайностью. Это не рынок, как утверждает коллега Бухгольц, а напротив, плановое хозяйство, и центр здесь один, а не два. Следующий вывод: один центр – один хозяин. Бар-Гиора. Нет тут другой банды наркоторговцев. Точнее, банды две, это так, но хозяин один. Он и натравливает одних своих людей на других, когда цены на рынке падают.
     – Остроумно, – сказал Бухгольц, – но это не доказательство.
     – Статистика никогда не была доказательством в частных случаях, – парировал Беркович. – Но вывод легко проверить. Подождем. Думаю, Бар-Гиора меня понял правильно.
     – Тебе бы в аналитическом отделе работать, а не убийц ловить, – сказал Хутиэли, когда Бухгольц вышел из кабинета.
     – Вы считаете, что имеет смысл подать рапорт о переводе? – осведомился Беркович.
     – Ни в коем случае! – воскликнул Хутиэли. – Ты здесь вполне на своем месте. Но иногда, – добавил он, – твою голову можно сдавать напрокат другим отделам.
    
    
Следующая глава